Я хочу поговорить с милордом наедине.

Его преосвященство приказал мне явиться по крайне неотложному делу, ответил мистер Слоуп, тревожно косясь на доктора Прауди. Он чувствовал, что должен тут опереться на епископа, но какая шаткая это была опора! Боюсь, я не могу уйти. Вы, кажется, намерены препираться со мной, неблагодарный вы человек? сказала миссис Прауди. Милорд, сделайте мне одолжение, попросите мистера Слоупа удалиться.

Милорд почесал затылок, но ничего не сказал. На большее мистер Слоуп и не надеялся для епископа это было весьма энергичное подтверждение своих прав как главы семьи. Милорд, сказала супруга. Уйдет мистер Слоуп или уйду я?

Тут миссис Прауди допустила непростительный промах. Ей не следовало указывать на возможность ее отступления. Ей не следовало допускать даже мысли, что ее приказ об изгнании мистера Слоупа может подлежать какому-то обсуждению. В ответ на подобный вопрос епископ, естественно, сказал про себя, что раз уж кто-то должен покинуть комнату, то лучше, чтобы это сделала миссис Прауди. Это он сказал про себя, а вслух он опять почесал затылок и опять начал крутить пальцами.

Миссис Прауди вскипела. Увы, увы! Сохрани она, подобно своему врагу, власть над собой, победа еще могла бы остаться за ней, как оставалась всегда. Но божественный гнев взял верх над ее благоразумием, как он брал верх над благоразумием многих трагических героинь, и она погибла. Милорд, сказала она. Соблаговолят мне ответить или нет?

Наконец епископ нарушил свое незыблемое молчание и объявил себя слоупистом. Видишь ли, душенька, сказал он. Мы с мистером Слоупом очень заняты.

И все. Больше ничего не потребовалось. Он вышел на поле боя, снес и жару и пыль, выдержал яростный натиск врага и победил. Как легок успех для тех, кто умеет быть верным себе!

Мистер Слоуп сразу оценил всю глубину своего триумфа и бросил на поверженную даму торжествующий взгляд, которого она не забыла и не простила до своего смертного дня. Это была ошибка. Ему следовало бы посмотреть на нее смиренно и кроткой мольбой во взоре смягчить ее гнев. Его взгляд должен был бы сказать, что он просит прощения за свой успех и чает помилования, ибо на это упорство его подвигнул долг.

• Я хочу поговорить с милордом наедине.
• Тогда, быть может.
• Однако нужно было позолотить пилюлю.
• Во всяком случае.
• Четырнадцать детей.
• Бедная миссис Куиверфул.
• В прошлый раз.
• Коль новую вздумал искать
• Впервые в жизни.
• Она считала, что поступает как добрая сестра.
• Почему она не поступила, как Клеопатра?
• Что же вы изберете, мистер Слоуп.
• Я все равно вам не поверю.
• Синьора отняла руку.
• Синьора выслушала его.
• Женитесь на этой очаровательной вдовушке!
• Опять мое сердце!
• Вы говорите, что я вам лгу?
• Сколько в нем выгодных приходов.
• Карета тронулась.
• Она лучше вас или меня.
• Собственно говоря, так оно и было.
• И любовь его оправдывала.
• Она забыла почерк мистера Слоупа.
• Но, сбегая по ступенькам.
• Наконец скатерть была убрана.
• По ее мнению.
• О чем же он пишет, Элинор?
• Глаза Элинор метнули пламя.
• Тихонько постучав.
• Упоминание о благочестивых трудах.
• Пролились бы потоки слез.
• Но и они прекратились с ее замужеством.
• Вы правы.
• В таком случае.
• Я очень устала.
• Нет, вы сведете меня с ума!
• Он хотел рассорить ее.
• Миссис Грантли была сердита.
• Отъезд Элинор также.
• Впрочем, это были даже не мысли.
• Он вспомнил ее внимательный взгляд.
• В доме царило ощущение беды.
• Но вы же покидаете нас.
• Да, я знаю, мистер Эйрбин.
• Положение доктора.
• И только поэтому.
• Искать ему пришлось недолго.
• Так меня презирают?