Оперу нельзя было ставить в том же виде, в каком она потерпела провал в Милане.
Понимая это, Пуччини сосредоточенно прислушивался к замечаниям певицы и. соглашался с ними. Он и сам понимал всю несуразность полуторачасового второго акта и прежде всего внес изменения в само построение оперы. Он превратил ее в трехактную и в конце дописал арию Пинкертона. Облегчив таким образом сюжет, композитор решительно снял все музыкальные фразы, которые могли напоминать Богему, сократил растянутые сцены из японского быта.
Работа вновь захватила его, и хотя в письмах того времени он все еще ругает публику, но между прочим указывает место (Брешия) и время повторной премьеры оперы. Своему либреттисту Луиджи Иллике он уже в феврале сообщает: Дорогой Иллика, горечь и разочарование все еще угнетают меня. Но это быстро пройдет. Все миланское вероломство показало себя до конца! Какую ошибку допустили. До сих пор не могу понять, как это случилось. подлые свиньи-кретины без сердца и чувств. И через день: Вот уже второй день я привожу в порядок 2-й акт. Первый уже окончен. И безусловно, опера будет поставлена в Брещии к концу мая.
Казалось бы, все решено, но сомнения и неуверенность терзают композитора. Как всегда в таких случаях, он ищет причину в собственном произведении. И еще — в рискованном, как ему кажется, выборе исполнительницы главной роли. Но что поделаешь — Розина Сторкио уехала на гастроли в Америку и там готовит мадам Баттерфляй по новой партитуре. Пуччини пишет ей о своих делах дома, и эти его письма полны печали и тревоги: Дорогая Розина, сегодня я еду отсюда в Брешию, да поможет мне бог! Я столько думаю о Вас! Все время представляю Вас в изящных позах и в костюме Баттерфляй! И снова слышу Ваш нежный голосочек, который так трогает мое сердце. Возможно, в эту минуту Вы там на репетиции! Как бы мне хотелось быть рядом с Вами.
Где купить брезентовую ткань. Подробно - на нашем сайте дачные бассейны , это отличные цены.